[Улисс]

(набросок)

Раздел I: Богословие (теоретическая часть)

53. Модусы Слова

Часть 6: Гимн

Есть песня, которая исполняется уже тысячи лет.
Её поют на берегах Ганга и в предгорьях Гималаев,
на холмах и в пещерах, на островах и ...
в тишине утренней зари и в безмолвии полуночи.

Её поют жрецы Египта, склоняясь над водами Нила,
и мудрецы Эллады, всматриваясь в небесный свод.
Её поют скальды Скандинавии, слагая провидческие саги,
и друиды кельтских рощ, внимая шёпоту листьев.
Её поют среди таинственных мегалитов Европы,
на ступенчатых пирамидах Мезоамерики,
в храмах долин Инда и в горных обителях Тибета.

Эту песню сложили задолго до того,
как Греция услышала имя Логоса,
задолго до того, как Палестина
увидела свет Вифлеемской звезды.

Четыре ясные Понятия, известные каждому,
звучат в ней -- от края земли до края небес, --
как четыре удара сердца вселенной,
как четыре шага Творца по кругу бытия:
Начало -- Продолжение -- Конец и Возвращение.

В Альфе Истока слышится бесконечность, тотальность ...
и гул безбрежного океана непроявленного.
В Развитии проявления -- жизнь, рождение формы,
первые вздохи творения... и ....
В Завершение Омеги -- смерть, трансформация,
растворение старого .. и ....
В Замыкании Круга, обратном токе -- надежда возрождения, возвращение к началу и обращение от прошлого,
но на новом витке.

Четыре Понятия -- четыре фазы вечного движения Творца.
Рождение, Жизнь, Смерть, Возрождение.
Круг, который никогда не прерывается.
Дыхание, которое никогда не останавливается.

Но вслушаемся глубже...
В каждом из этих Понятий звучит Бесконечный Единый Путь --
не как отдельный звук, но как дыхание, пронизывающее всё.
Это не пятый Куплет.
Это то, что превышает все четыре
ритмичных удара Сердца Вселенной,
но не отделено от них.
Это Чистый Дух -- Абсолют,
из которого разворачивается четверица
и в Который она возвращается.

Тот, Кто не есть ни модус, ни ступень, ни градация,
но Кто дышит в Них и через Них.
Тот, Кто делает четверицу единой,
не даёт ей распасться на части,
и удерживает при этом её в вечном многообразии элементов.

И вот, если мы вслушаемся в эту древнюю песнь,
мы услышим, что ей подпевает греческая философия,
отцы церки, седобородые старцы патристики
и европейские схоласты напевают её,
прохаживаясь как перипатетики
или склоняясь в монастырских библиотеках
над чтением древних свитков....

И мы озвучим эти литургические торжественные мысли
и провозгласим это в наших словах.

Мы ничего не изобретаем, мы присоединяем.
Мы не создаём новое --
мы узнаём своё в чужом, и чужое -- в своём.

Философ, который не падал от озарения экстаза,
ещё -- не философ,
поэт, который не был одержим благими музами,
ещё -- не поэт,
богослов, который не лил слёз катарсиса --
ещё не богослов!

Поэтому споём сегодня вдохновенно,
призовём Духа Славы в помощь,
чтоб рассказать распевно о том,
как Логос проницал креативно на земле,
как птица летел в воздухе бесшумно и незаметно,
этими четырьмя ударами Сердца Вселенной,
с Душой Мира восходил как Солнце над землёй,
достигал до зенита и угасал, уходя за горизонт...

И вот, когда Логос исходил из Нуса -- из Бездны Ума,
из молчания Отчей груди, -- рядом с Ним уже была Она.
Психе Косму -- Душа Мира, София, Лоно, Мать всего сущего.
Не как тень, не как служанка, но как со-творящая,
как со-поющая, как со-вынашивающая.
Они шли Вдвоём, как идут двое -- не для того,
чтобы один растворился в другом,
но чтобы вдвоём стать песнью,
которую ни Один не мог бы спеть в одиночку,
никто ещё не слышал её никогда.

И эту песнь они исполняли как два крыла одной птицы...
как утка взлетающая с глади озера и набирающая высоту
ритмично и шелестяще шумит перьями...
Это первый удар сердца, первый вдох груди:
Это Исток, Логос Эндиатетос и Логос Эйдетикос
выходят на арену Жизнетворчества,
то солируя, то воспевая дуэтом.

Прежде всякого звука, прежде всякого движения --
Логос Эндиатетос, Слово в молчании.
Оно пребывает в недрах Ума, как безмолвная мысль,
как зародыш грядущего явления.
Ни звука ещё не исторгнуто, ни плоти не облечено,
но уже свершилось предвечное рождение смысла.
И рядом -- Психе; Она вынашивает это молчание,
как мать вынашивает дитя.
Она внимает ему, впитывает его, облекает его Своей любовью.
Она славит Отца и Мать предвечных --
Тех, Кто есть Чистый Дух.
Она возносит безмолвную хвалу,
которая ещё не стала звуком, но уже есть песнь.

Но вот безмолвие начинает светиться.
В глубине Ума рождается образ --
не звук, не слово, но лик, вид, форма явления.
Это -- Логос Эйдетикос, Слово в образе.
Психе принимает этот образ, любуется Им,
даёт Ему место в Своём Лоне.
Она вторят ему Своей тишиной, Своим вниманием, Своей нежностью.
Она распевает беззвучную колыбельную,
убаюкивая ещё не рождённое Слово.
И в этом двоё -- Логос в молчании и Логос в образе --
они вместе поют первую строфу вечной песни: На-ча-ло-ом.

Это -- Альфа. Это -- бесконечность, всеохватность,
гул безбрежного океана непроявленного.
Это -- тот миг, когда всё уже есть, но ещё ничего не явлено.
И Психе хранит это молчание, как сокровище,
как семя, как огонь под пеплом,
Её красоту и царскую величественность ещё не видел никто...


**

Содержание:

*